Их визитки написаны
У Леонида Алексеева, по дипломам — менеджера и дизайнера, на стилизованной под ярлычок-ценник картонке написано «Showroom», поскольку он — составляющая фэшн-индустрии Петербурга. То есть являет собой часть модельеров, которые в
У Дины Хайченко, придумывающей «
Posts under ‘Будни’
Леонид Алексеев и Дина Хайченко: о красоте ради личного комфорта и уюта души
Тень купца Елисеева
21 марта состоится торжественное открытие Театра Комедии им. Акимова после масштабного ремонта. В этот день сыграют спектакль «Тень» по пьесе Евгения Шварца — знаковую для этого театра постановку, выдержавшую за 60 лет четыре редакции и пользующуюся неизменной любовью зрителей и создателей. Обновленный и похорошевший Театр Комедии — результат «выборочного капитального ремонта большого зала с элементами реставрации».
Юрий Смекалов: «Преодоление необходимо, чтобы развиваться»
В театре Эйфмана организм изнашивается очень быстро. У меня, например, уже несколько операций. Была травма спины, после которой я год вообще не ходил. В колене железные штифты стоят. Это все последствия колоссальных нагрузок. Но чтобы я жалел об этом — ни на секунду! Никогда! Мой старший брат — врач, работает в реабилитации, и очень много в меня вкладывает: следит не только за моим здоровьем, но и за духовным развитием. Когда мне нужно было делать лечебную гимнастику два раза в день целый год, именно брат со мной занимался. Приходил вечером с работы, мы пили чай, а потом два часа делали специальные упражнения. Поздно ночью заканчивали, а в семь утра он меня уже будил. Если я ругался, он обливал меня холодной водой… Как у него хватало на это сил, не понимаю, но я только благодаря ему выправился. А недавно на прогоне перед премьерой я получил от брата из зала
До свиданья, кроватка!
Светлана Максимова: «У нас традиционный семейный бизнес»
Да, нам было страшно. Прежде всего —
Фанаты и поклонники
Рикке Хелмс: «Мне повезло — я общаюсь только с активными женщинами»
Рикке Хелмс, директору Датского института культуры в Петербурге, ни за что не дашь ее 59 лет. У нее очень много энергии, которой хватает и на семью, и на сотрудников ее института, и даже на всех тех, с кем она проводит датско-российские культурные проекты. Получив филологическое образование со специальностью «датская литература» и «английский, немецкий и русский язык», Рикке много лет работала в Дании школьным учителем. Это была вполне престижная, не очень интересная работа. Поэтому, когда в 1985 году появилась возможность преподавать в МГУ, Рикке с семьей (мужу было за 70, сыну — 5 лет) с воодушевлением отправилась в Москву. А потом датчане решили открыть институт культуры в Прибалтике, и Рикке успешно курировала одновременно Ригу, Таллин и Вильнюс в течение 13 лет. Вот
Кушать подано!
Артисты, которые ворвались в театр с третьим звонком и не успели подкрепиться в своем служебном буфете, имеют шанс поесть прямо на сцене. Буквально же каждый второй спектакль позволяет. Зрителю, с работы примчавшемуся получить пищи духовной, завидно страшно. Часто на сцене едят так, что в зале у всех слюнки текут и неприлично громко в животах урчит. И никакая припасенная мандаринка, тем паче шоколадка, не помогает, если только что на сцене перед твоим носом трапезничали. Остается отстаивать очередь за дорогущим бутербродом и, давясь, запивать его шампанским. Ведь зачем мы ходим в театр? Культурно отдохнуть, купить программку и посетить буфет. Иначе, считай, зря сходил.
Театральная трапеза
От цен в закулисных служебных театральных буфетах у меня всегда волосы дыбом, челюсть на полу, глаза квадратные и горят. Еще немного, и я ради этой дармовой драматической еды пойду работать в театр кем угодно, а хоть бы и реквизитором на полставки. Где еще можно получить сытный обед из трех блюд и чай с плюшечками за
Говорят, в Мариинке оперные питаются отдельно, балетные — отдельно, каждый в своей общепитовской точке. И вы удивитесь, если я скажу, чем кормят в Вагановке. Тоненькие девочки в гетрах и осанистые мальчики в трико за обе впалые щеки уплетают в столовой запретное: булочки, сырники, оладьи и жареную картошку. Хотя, казалось бы…
Алиса Гребенщикова: «Иногда люблю быть принцессой»
В последние месяцы я
Маша Царева: «Я — сезонный графоман»
Кризиса самоидентификации у меня не бывает, я как мозаика. По образованию — журналист, по взлелеянному с самого детства желанию — писатель, по обстоятельствам — сценарист, по любви — жена и мать, из любопытства — кручусь в малом бизнесе. Писательство я за работу не считаю. Это мое хобби с самого детства. Многие меня считают выскочкой, в которую
Пираты Финского залива: проклятие надувной лодки
У моих друзей наступил дачный сезон. Милейшие Света и Сережа, владельцы небольшой собственной фирмы, и сын их Саша, старшеклассник почтенной петербургской гимназии, сняли на все лето по дешевке дачу в Ленобласти, чтобы сладко спать на свежем воздухе, и приобрели в гипермаркете надувную лодку, чтобы мирно рыбачить. Теперь вот сидят они на новеньких пластмассовых стульчиках под раскидистым каштаном, поедают свои шашлыки, запивают домашним вином и нервно смеются. А все потому, что не бывает все вот так гладко и хорошо — лето, дача, лодка, рыбалка… Обязательно должна случиться какая-нибудь пакость по принципу: «Не было бабе печали, купила баба порося».
Детская фототерапия
Детскую фотошколу — со студией, гримеркой и лабораторией — в самом центре города организовала Мария Большакова, сама профессиональный фотограф.
Дмитрий Быков: «Занятия бизнесом сушат мозг и разоряют душу»
Я считаю, что занятия бизнесом сушат мозг и разоряют душу, а потому это подарок весьма сомнительный. Если бы я захотел увидеть свою девушку измотанной, вечно озлобленной, хищной, тупеющей на глазах и вдобавок болезненно зависимой от малейших телодвижений власти, я бы подарил ей бизнес и с тайным злорадством наблюдал, как недавнее средоточие всех совершенств превращается в тусклую и раздражительную телку.
Александр Житинский: «Бизнесы бывают разные»
Я пытался инвестировать в свой маленький издательский бизнес, желая отдать его сыну Сергею. Он не взял. Потыркался немного и сказал: «Нет, это не бизнес, папа. При очень высокой организации работы я буду способен прокормить только себя, а нас двоих — уже нет». Книгоиздание — это же наполовину выживание, наполовину благотворительная организация, когда ты, с одной стороны, хочешь зарабатывать деньги, а с другой стороны, хочешь поддерживать культуру. А при малых оборотных средствах и небольшом изначальном капитале это невозможно. Надо сначала заработать